Вы поименно не забыты (Зоя Журбенко)

Вы поименно не забыты

Зоя Журбенко

Вы поименно не забыты,
Вы с нами здесь, сейчас, теперь!

(из цикла «Две стороны медали»)

Отцу моему, Батищеву Виктору Петровичу, ветерану
Великой Отечественной войны, художнику, ПОСВЯЩАЕТСЯ


Сынам Отчизны

В День торжества Победы главной,
в День памяти военных лет,
в День доблести Отчизны славной
я в прошлое возьму билет.
Возьму билет и без попутчиков
я доберусь до той войны,
где прадед мой служил поручиком,
с ним – Родины моей сыны.

… Кресты, погосты, эполеты,
побед и поражений дым…
Не видев всё, я помню это –
и то, как дед был молодым:
войны гражданской отчуждение,
сердец ожесточенных бой…
За пониманием – примирение
России назовем Судьбой.

Отцы и братья воевали
против чумы фашистских стай:
грузины, русские стояли
плечом к плечу – и грянул Май!
Победа! Вот она!!! Добыта
ценой немыслимых потерь.
Вы поименно не забыты,
вы с нами здесь, сейчас, теперь!

Победа – скорбный день печали…
Победа! Радость через край!
Сыны Отчизны воевали,
о них, страна, не забывай!

...Из прошлого вернусь обратно.
Мы - дети Родины одной.
Мы памятью своей богаты,
Жить в мире – нет мечты иной.
31.05.2000г.


Его Победа

Он полз по ступенькам Рейхстага, не веря
в последнюю в жизни
– не сдамся! –
потерю:
когда до Победы - минуты… полшага…,
он выбыл из строя?!
Отставить!
Отвага
и доблесть оплачены кровью сторицей:
свою защищал
в 41-ом
столицу,
брал немца в котёл – не отдал Сталинграда…
И вот … эта пуля
– не верю! –
в награду?!

Четыреста десять и … тысячу дней
он шёл через боль
и утраты –
шёл к Ней:
тонул на Кубани, горел на Полтаве,
друзей хоронил
на чужбине –
в Варшаве…
На Одере, в сердце сожжённой Европы,
где пепла и горя
чернели
сугробы,
одна лишь Победа – желанна до боли! –
в комок собирала
и силы,
и волю.

… И к Ней по ступеням последней твердыни,
не зная, что тело – убитое – стынет,
отчаянно
полз
русский
сол-
дат.

09 мая 2005 г. – 13.01.07.


Поныри

У времени военных лет
свои приметы:
в шинель, пилотку, сапоги
оно одето.
Палатка, фляга, вещь-мешок –
штрихи к портрету:
кроваво-красный – с чёрным – цвет
у трафарета.

* * *

Закат над Понырями ал
салютом первым.
Душа солдатика летит…
… и рвутся нервы.
От леса – ровные пеньки…
узкоколейка…
«Помянем, брат, всех, кто погиб –
давай, налей-ка!»

* * *

Приветливый, распахнут май:
сирень, тюльпаны…
Играй, тальяночка, играй!
А ветер, пьяный, –
от сумасшедшей тишины
вконец оглохший –
знамёна мировой войны,
шальной, полощет.

* * *

А возле Вечного огня
притихли зимы
метелью одиноких лет.
«Я жду, любимый!»
седая голова… вдова -
печаль немая –
полвека с лишним на Посту
в объятьях мая.

* * *

И в треугольнике письма –
в руке усталой –
горит с военных давних пор
закат тот алый:
прижат к губам, слезой омыт –
эпохи слепок…

… А дуб у Вечного огня -
могуч и крепок.

12.05.2006г.


Чума ХХ века.
(на « С поднятыми руками», пальмовая ветвь Канского фестиваля)

Звезда Давида голубая
на белой жгучей
полосе…
Старушка… девочка слепая…
Босые ноги
по росе…

Гнилая Времени изнанка:
Хлыст, пуля и к утру –
забор.
…С осипшим голосом шарманка…
Проигранный с Всевышним
спор.

…И женщина… «Что я наделала?!.»
В руке – шнурок от
башмачка.
Пятно как от граната спелого…
Колодец-бездна - пуст -
зрачка.

От страха, бедная, кровинку
свою, младенца… чтоб
молчал…
Теперь, безумна, под осинкой…
А он… он даже
не кричал…

* * *
С экрана голос покаянный
взывает нацию
простить.
… Но память в сердце раной рваной
не даст, скорбя, вину
забыть

чумы ХХ века.

08.05.2004г.



Была война…

Была война – всё было просто:
Стоял расчет как вражий остров,
И, мстя за Родину и брата,
Танк смял расчет – пришла расплата
За смерть детей из Ленинграда,
Плач матерей… В грязи награды
Под гусеницей в пыль стирал
Бесстрашный танк…

Так генерал
запомнил жуткий этот день.
… Из подсознания чья-то тень
кровавой поступью шагнула
и к тем событиям вернула
через десятки мирных лет.
И в отблеске ушедших бед
глаза в глаза смотрел солдат
расчёта, что был танком смят.
Он в полный рост стоял в проеме
окна. И в тихом, спящем доме
как молот, его сердца стук
будил от груза сна и мук
картин боев.

И генерал
хотел спросить (ведь он не знал!),
откуда родом был солдат
и про бойцов, про тех ребят,
которые под танк легли…
Когда б не он, они могли
дожить, как он, до наших дней,
могли бы вырастить детей,
могли бы внуков воспитать…
Но никогда уж не узнать
их даже имя.

Генерал
сто тысяч раз тот бой мечтал
переиграть: чтоб танк свернул…
Тогда б спокойно он заснул
последним сном, простив себя,
свою Судьбу, войну, скорбя
о душах, убиенных им,
чтобы свободно жить живым.

Что было подвигом в войну,
сурово ставил он в вину
себе на склоне грешных лет,
и его танка страшный след
прошел по сердцу генерала:
скорби иль кайся – будет мало
перед бесстрастным ликом смерти,
которой оправдания нет,
Ведь жизнь - бесценна.

11.05.2002г.


Не целованный

Не целованный.

Проклятая старуха
третий день стояла у плеча,
злобно ухмыляясь и ворча,
изгалялась, всё бубня на ухо:
«Ну, давай! Пора уже. Что толку
в медсанбате койку занимать!
Не поможет ни Господь, ни мать,
хоть кричи, хоть вой – истошно – волком».

* * *
Жизни лента коротка до боли –
за минуту можно пролистать.
… Не пришлось ни разу целовать
ту, одну, из прошлой жизни - в школе:
озорная, и не счесть веснушек,
папка с нотами, курносый нос…
Рядом с нею жил, взрослел и рос,
каждую любя из конопушек
тайно, по-мальчишески, не зная,
что обратный жизни задан счет,
и война стояла у ворот,
алчная, суровая, слепая.

* * *
«Поцелуй! Еще не целовался…»,-
медсестру он тихо попросил.
(Помнил только: дождик моросил,
и снаряд – ах, чтоб его! – взорвался).

И она, вчерашняя девчонка,
ставшая «сестричкой» для солдат,
- нос курносый и смешная чёлка -
отвела невольно, всхлипнув, взгляд:
за кого молилась Богу мама,
чтобы, долг исполнив до конца,
он вернулся, умер … без лица,
не узнав, что там — сплошная рана.

09.05.- 25.05. 2013г.



А жизнь твоя была красивой…

Под старою развесистою ивой
сидишь один, глотая боль утрат.
… А жизнь твоя была красивой –
вот так и скажешь у последних Врат.

Пусть скромен быт, и в тесную каморку
- как в табакерку - втиснуты года,
и куришь ты не Marlboro – махорку,
а юность сплошь была бедой – беда,

ты помнишь не промерзшие окопы,
не запах смерти перед боем – нет:
земной поклон растерзанной Европы
и дружбы фронтовой священный свет

хранит твоё сердце.

08.07.2012.


В строю: Бессмертный полк

А ты не знал, пройдя свой путь,
страною вовсе не замечен,
что подвиг твой - мальчишки — вечен
и будешь ты идти в строю
Полка Бессмертного, живой
святою памятью мирской
средь тех, кто отстоял в бою
кручину-Родину свою.

Нет, ты не знал, что каждый год
в день самый важный и великий
в людском потоке многоликом
плечом к плечу пройдешь опять
как в юности седой и горькой,
растаявшей июньской зорькой.
Сынов Отчизны не сломать! -
Победная восстала рать.

* * *

Надёжна чёрная плита.
Надёжней только честь и слово.
И сердце, что гореть готово
- без славы, почестей, без туша -
за Родину, её свободу.
Ты всё отдал стране, народу.
Покойся под плитой... Послушай:
Чеканят шаг — бессмертны — души
Бессмертного Полка.

24.07.2015г.


Эпохи меняют лица

Эпохи меняют лица,
и сердца меняется стук.
Военных времён столица –
мозоли натруженных рук.

«За Родину!» - звать не надо:
«в ружьё!» - наш десятый класс…
Живым возвращайся, отрада,
будь смелым, сражаясь за нас!

Девчонки – почти что дети –
на крышах – фугасный дым.
Без сна мы на вахте третьей –
столицу врагу не сдадим!

… А где-то в глухом болоте
под небом нездешних мест
иль в танке сгоревшем… на флоте …
для мальчика нужен крест.

Слезой на лице эпохи
судьбы оборвавшейся свет…
… И к Празднику правнуки – крохи
на верность дают обет:

эпохи пусть сменят лица,
изменится сердца стук,
но Родина и столица –
достойны надёжных рук

своих подрастающих сыновей.

28.08.2004г.

война мир солдаты победа эпоха

zoyazhurbenko

9 мая 2020 в 1:20

Похожие материалы
Комментарии (0)

Пока нет комментариев